Григорий Асмолов (pustovek) wrote,
Григорий Асмолов
pustovek

Categories:

Теракт в Маалоте

На прошлой неделе в "Рейтинге" Ъ вышел мой материал о теракте в Маалоте:
http://www.kommersant.ru/doc.html?path=\money\2005\001\24896470.htm
Естественно интерес к этой трагической странице израильской истории возник в контексте Беслана.
Если кому то интересно, выкладываю здесь полный вариант. Он довольно сырой, но думаю на русском о Маалоте мало что есть.



Уроки Маалота.

Израильские силы безопасности известны своим высоким профессионализмом в области борьбы с террором. Именно к израильскому опыту обращаются сегодня многие страны, столкнувшиеся с атаками террористов. Однако, цена этого опыта высока. Он стал скорее результатом ошибок, чем успехов.
В ночь с 14 на 15 мая 1974 трое террористов из Народного Демократического Фронта Освобождения Палестины Наифа Хаватме, захватили школу в городе Маалот, находящемся недалеко от израильско-ливанской границы. В заложниках оказались 89 заложников, из них 85 детей. В обмен на освобождение школьников террористы требовали освобождения палестинских заключенных. Спустя 13 часов, подразделение спецназа генштаба «Сайерет Маткаль» штурмовали школу. Результаты были трагическими. 22 школьника и трое взрослых погибли, более 50 было ранено.
Захват школы в Маалоте не был первым случаем, когда целью террористов были дети. За месяц до этого – 11 апреля 74 года, трое террористов Народного Фронта Освобождения Палестины Джорджа Хабаша, проникли в другой северный город Израиля – Кирьят Шмону. Их целью была школа «Корчак». Боевикам удалось проникнуть в здание учебного заведения, однако там их ждал сюрприз – школа была пуста. В этот день у израильских школьников были каникулы. Тогда террористы, проникли в соседний дом, и, переходя от квартиры к квартире, убили 18 израильтян, из них 8 детей. Стянутые к месту силы безопасности уничтожили террористов забаррикадировавшихся в квартире на последнем этаже.
Однако именно события в Маалоте стали одной из самых страшных и трагических страниц в истории борьбы Израиля против террора. Официально, в провале операции никто обвинен не был, однако для «Сайерет маткаль» - самой именитой из частей израильского спецназа, события в Маалоте навсегда остались черным пятном. Дилеммы, стоявшие перед израильтянами, как на оперативном, так и на государственном уровне по-прежнему актуальны и сегодня. Подробное армейское расследование и по сей день хранится под грифом «секретно» в отделе истории генштаба израильской армии в Тель Авиве. В ответ на запрос «Ъ», в доступе к нему было отказано. Несмотря на то, что прошло уже 30 лет, в армии еще не готовы рассекретить подробности штурма. Вместе с тем свидетельства участников и воспоминания позволяют восстановить ход событий.
Спустя месяц после теракта в Кирьят Шмоне, вечером 13 мая, три террориста из группировки Наифа Хаватме, перешли через израильско-ливанскую границу. Практически сразу они атаковали машину, и убили одну из ее пассажирок. Получив информацию о теракте, армия и полиция начали прочесывать территорию, однако никого не нашли.
На следующее утро, 14 мая 1974 года, 102 ученика 9-11 классов из школы города Цфат отправились в традиционную годовую экскурсию. После неспокойной ночи, дирекция школы запросила разрешения на выезд у полиции, однако там сказали, что путешествие отменять не стоит, при условии, что автобусы с детьми не будут покидать центральных дорог. Вечером, школьники приехали в Маалот, чтобы остановиться на ночлег в местной школе «Натив Меир». Мальчики расположились в коридоре второго этажа, девочки в коридоре на третьем.
Где все эти сутки были террористы неизвестно. Они дали о себе знать в полчетвертого ночи с 14 на 15 мая, в одном из жилых домов Маалота, находившемся недалеко от городской школы. Там они убили семейную пару и их 4-летнего сына. Дальше, террористы направились к зданию школы. Дело было глубокой ночью, и вряд ли они могли догадываться, что там находятся дети. Вначале они наткнулись на школьного уборщика, выносившего мусор. Они ранили его. Далее, увидев спящего в машине школьного учителя, они вытащили его наружу и потребовали ключи от зажигания. Испуганный учитель не смог найти ключи, и тогда террористы потребовали, чтобы он провел их в школу. Увидев террористов с учителем, другой преподаватель открыл дверь и впустил их внутрь. Один боевик остался у дверей. Двое других пошли по этажам. Учитель, тот самый, который спал у школы, побежал по лестнице с криками «Бегите кто может! Террористы!». Однако, просыпавшиеся дети не могли сразу понять что происходит, часть из них думали что это шутка, часть были в шоке. Боевик поднявшийся на этаж девочек, приказал им спуститься вниз, на второй этаж. В школе началась паника.
Воспользовавшись суматохой, часть школьников смогли прорваться в последний класс в коридоре второго этажа, и начали выпрыгивать из окна. Среди убежавших было и несколько учителей, а также солдат сопровождавший экскурсию. Один из боевиков заметил, прореху, через которую убегали заложнику, ворвался в класс, и из окна открыл огонь вслед убегавшим. Всего, в первые минуты захвата удалось спастись 17 школьникам. В руках террористов осталось 85 подростков в возрасте 15-17 лет, двое санитаров и двое учителей. Их сосредоточили в том, самом последнем классе в коридоре второго этажа, который только что служил путем для побега. Столы и стулья боевики заставили придвинуть к стенам и приказали сесть заложникам на пол. На одном из столов они положили гранату. У террористов было пять взрывных устройств. Позже выяснилось, что они всего они содержали 8 килограмм взрывчатки. Два они положили в классе, два под лестницей, и одно в коридоре.
В 4:45 утра премьер министра Израиля Голду Меир разбудил телефонный звонок ее военного адъютанта. В тоже время сообщение поступило и главе генштаба Мордехаю Гуру. К месту событий немедленно отправился командующий северным военным округом Рафаэль Эйтан. На базе в центре страны была поднята по тревоге спецназ генштаба «Сайерет Маткаль». Тем временем, школу оцепил спецназ бригады «Голани». Глава генштаба приземлился в Маалоте в 6:57. Местом сбора частей стало футбольное поле возле местного муниципалитета. Террористы вели огонь по всем, кто пытался приблизиться к школе
Утром террористы передали письмо с требованиями с одной из санитарок. В обмен на освобождение заложников боевики требовали освобождения 20 палестинских заключенных, имена 12 из которых были указаны. Остальных 8 должны были определить сами арестанты. Все 20 должны были быть переправлены в Дамаск, Далее, получив из Дамаска подтверждение о том, что освобожденные палестинцы прибыли, трое террористов намеревались покинуть школу в автобусах вместе с детьми и отправиться в Дамаск, где они обещали освободить заложников и отправить их домой. Время ультиматума истекало в 6 часов вечера. После террористы обещали взорвать школу.
Начались переговоры. Глава террористов хорошо знал израильтян. 22 летний Зияд Камаль Хасан Рахим, как и двое его сообщников бежали в Ливан через израильско-ливанскую границу, за год до захвата школы. Выйдя из интерната для трудных подростков к северу от Хайфы, Зияд занимался грабежом и был хорошо известен израильской полиции. Вначале в окне школьного коридора появилась школьница, которая сказала, что все заложники внутри в порядке. В 9 часов утра, чтобы доказать серьезность намерений палестинцы взорвали гранату, после чего в окне появился другой подросток, сказавший, что если требования захвативших школу не будут удовлетворены, их убьют. Израильтяне вызвали к месту своего главного переговорщика – главу отдела расследований Шабака Виктора Кохена, который за некоторое время до этого успешно вел переговоры с захватчиками самолета компании «Сабена». Однако динамика переговоров была отрицательной. Террористы наотрез отказались принимать еду и воду, и не шли на уступки.
Министр обороны Моше Даян дал указание подготовить штурм до 12 дня. Однако, решение о штурме должно было принять правительство. Перед кабинетом во главе с Голдой Меир было представлено две опции – силовое решение или выполнение требований террористов. Мнения разделились. Спор возник не между министрами, а между силовиками. Моше Даян требовал решения о штурме, и чем раньше, тем лучше. Глава генштаба Мордехай Гур, в заседание не участвовал, однако он передал через военного адъютанта премьера, что надо идти на штурм, только если невозможно будет решить вопрос путем переговоров. Голда Меир приняла мнение главы генштаба. Правительство постановило продолжить переговоры. В 14:00 израильское радио передало сообщение о готовности правительства выполнить требования террористов, однако никаких оперативных мер по освобождению заключенных принято не было. Тем временем, переговоры застопорились вокруг процедуры обмены заложников на палестинских арестантов. Террористы предложили схему, согласно которой после того, как освобожденные прибудут в Дамаск, их штаб передаст кодовое слово правительствам Франции и Румынии. Послы этих стран в Израиле должны были прибыть в Маалот и передать кодовое слово. В обмен на это террористы должны были отпустить половину детей, и отправиться в Дамаск вместе с оставшимися заложниками и двумя послами. Однако, израильтяне категорически не были согласны на то, что кто либо из заложников отправиться в Сирию.
Время шло. Ультиматума истекал. Днем кабинет министров и Голда Меир фактически передала решение в руки военных, давая зеленый свет на штурм. Вернувшись из Иерусалима Моше Даян, потребовал немедленного проведения штурма. Глава генштаба был по-прежнему против, надеясь, что ситуацию может изменить прибытие французского посла. «Я хочу спасти детей», - пояснил Мордехай Гур Моше Даяну, аргументируя свое решение. «Ты не единственный», - ответил Даян. Министр обороны фактически оказался не удел. Будучи уверенным, что действовать надо немедленно, и считая первое решение правительства ошибочным, стиснув зубы, он наблюдал за тем, что происходит в школе. Периодически террористы выставляли в окно по пять школьников, и стреляли в сторону стены за их спиной. «Мы не боимся смерти. Мы пришли умирать. Если вы не выполните наши требования, ответственность за смерть детей будет на вас», - заявил глава боевиков. В 16:40 появились сообщения о том, что террористы готовят взрывчатку.
План штурма был готов уже в полдень. Операция должна была начаться с удара снайперов, которые через окна должны были уничтожить сразу двух террористов. Тут же, одна группа «Сайрет Маткаль» должна была вскарабкаться по лестнице к окну класса, где удерживались заложники, и уничтожить боевика через окно. Параллельно большая группа солдат, должна была ворваться через главных вход, подняться на второй этаж, и пробежав по коридору занять класс с заложниками.
Моше Даян настаивал, чтобы штурм начался до 5, так как в последний час ультиматума террористы будут в полной готовности к штурму. Однако, глава генштаба все еще надеялся на то, что штурма можно будет избежать. В 5 часов в Маалот прибыл французский посол, однако террористы заявили, что не готовы говорить с ним пока, не узнают, что их собратья на свободе. В 5:20 террористы вышли на связь последний раз: «Если мы узнаем, что наши друзья в Сирии – этого будет достаточно», - однако доставить заключенных в Дамаск было уже не реально. «Они действительно убьют нас», - прокричал из окна один из заложников.
Операция началась за 35 минут до окончания ультиматума. Снайпер выстрелил в главаря боевиков Зияда Рахима, но лишь легко ранил его, попав в плечо. Несмотря на то, что все силы «Сайрет Маткаль» были в полной боеготовности, штурм был для них неожиданностью. В особенности была удивлена группа солдат под окном класса. Прошло несколько секунд пока один из них начал подниматься к окну, однако, тут у них создалось ощущение что снайперы, целившиеся в окно, стреляют по ним. Вторая попытка подняться наверх тоже провалилась после того, как из окна вылетела граната, брошенная одним из террористов.
Тем временем, главная группа ворвалась внутрь школы. На входе в первый этаж они столкнулись с Зиядом, который открыл огонь, ранив трех солдат. В ответ, один из спецназовцев бросил дымовую гранату. В результате, вход в коридор второго этажа заполнился густым дымом. Раненные солдаты отступили. Однако, вслед за ними в здание ворвалась еще одна группа, которая должна была прорваться в класс. Возглавлявший ее офицер, и бежавшие за ним солдаты, проскочили пролет второго этажа, где были заложники и продолжили наверх. Поняв, что ошиблись, они вернулись назад, но потеряли несколько роковых секунд.
Тем временем главарь террористов вернулся в класс и открыл стрельбу по заложникам. Оставшиеся в живых дети говорили, что он успел поменять магазин своего Калашникова и бросить гранату в центр класса. Относительно того, как вели себя два других террориста, свидетельства противоречивы. Группа под окном решила, что стрельба в классе – это действия группы, ворвавшейся через вход, и отказалась от новых попыток подняться к окну. Они сосредоточились на оказание помощи заложникам, выпрыгивавшим из окна.
На несколько секунд стрельба прекратилась. Бойцы спецназ ворвались в класс и ликвидировали террористов. Когда «туман боя» рассеялся, глазам израильских солдат предстала страшная картина. Класс был полон крови и трупов. С разных сторон стонали раненные. Пол комнаты был в лужах крови. Итоги штурма были страшными. 18 школьниц, 4 школьника и трое взрослых погибли. 10 подростков был тяжело ранены, 20 получили ранения средней тяжести. И это не смотря на то, что операция продолжалась меньше минуты.


Трагическая цепочка ошибок в действие спецназа была на лицо. Все началось с неточной стрельбы снайпера, далее нечеткость в начале операции, бездействие группы под окном класса, брошенная дымовая граната, только запутавшая солдат, и, наконец, пропущенный лестничный пролет. К этому можно добавить еще свидетельства о беспорядочной стрельбе, согласно которым, часть заложников погибла от пуль израильских солдат.
«Мы не чувствовали что провал был нашей виной.», - вспоминал позже один из участников операции, в беседе с журналистов газеты «Маарив» Моше Зондером - «Это был прежде всего провал метода, отсутствие необходимой подготовки. Задним числом можно сказать, что нельзя было врываться внутрь. Надо было вести переговоры до конца. Ты не можешь воевать с террористами, в руках которых находятся 80 детей».
Однако, не меньше вопросов вызывали решения правительства, в результате которых штурм был отложен на последний момент. С одной стороны провал штурма был доказательством правоты министра обороны Моше Даяна. С другой, глава генштаба утверждал, что до последнего момента наделся на успех переговоров, однако противоречиям вокруг процедуры освобождения заложников, вынудили его на штурм. Фактически правительство по очереди принимало позиции двух главных силовиков, заняв позицию выжидания, в то время как переговорщики тянули время. Однако, решение пойти навстречу террористам не было подкреплено никакими конкретными шагами, а решение о штурме было принято тогда, когда другого выхода уже не оставалось. Некоторые, связывают неуверенность в действиях израильского руководства с фигурой премьера. За месяц до событий в Маалоте Голда Меир подала в отставку, и ее правительство доживало последние недели. Причиной отставки стали публикации итогов расследования провала в подготовке к войне Судного Дня, заставшей израильтян врасплох.
Отчитываясь перед правительством после штурма в Маалоте, глава генштаба заявил, что главным успехом операции было предотвращение взрыва школы. Если бы это произошло, погибнуть могли все. Заслушав отчет об операции, правительство постановило, что в следующий раз, в схожих случаях, необходимо атаковать как можно быстрее, даже если это ставит под опасность жизнь заложников. Однако, Мордехай Гур отстаивал свою точку зрения. «Нет сомнения, что если ты поддаешься на шантаж, это становится мотивом для нового шантажа», - написал он в своих воспоминаниях, - «Но, вместе с тем, каждый раз надо заново взвешивать возможности и опасности. В принципе, я согласен с подходом, что нельзя идти навстречу террористам, но все таки есть исключения из правила, и каждый спасенный человек – это целый мир».
Своего рода компромиссом между мнением Мордехая Гура, и решением правительства Голды Меир, стала политика сформулированная приемником госпожи Меир, премьер министром Ицхаком Рабином. Формула Рабина гласила – там, где силовое решение возможно - необходимо его применить, там, где военные не могут решить ситуацию - надо идти на переговоры и уступки. Фактически, этот принцип действует в Израиле и по сей день. В случае захватов заложников на территории Израиля - израильское руководство всегда предпочитало силовое решение. Если же израильтяне оказывали вне досягаемости, как например захваченные солдаты во время ливанской войны или похищенные Хизбаллой Эльханан Таненбаум и тела трех израильских солдат, в Иерусалиме готовы были идти на серьезные уступки, которые по своим масштабам достигали освобождения тысяч заключенных террористов.
События в Маалоте заставили израильтян сделать несколько организационных изменений. Была резко усилена роль и полномочия полиции, относительно армии. Создан полицейский спецназ, а также система гражданских патрулей добровольцев (израильский вариант дружинников). На тактическом уровне, военные разработали четкие методы и формулы действий. Вокруг места, где удерживались заложники, создавались два круга, полностью изолировавшие его от окружающего мира. Во внутреннем круге, находился спецназ. Во внешнем разворачивались полевые штабы, оперативные центры, а также медицинские службы, которые должны были быть готовы к любому повороту событий. И по сей день в израильской армии периодически проводятся учения по освобождению захваченной школы. Цель командиров спецназа заключается не только в планирование штурма. Необходимо заранее просчитать любой возможный сценарий и проинструктировать солдат так, чтобы они могли немедленно и слаженно отреагировать в случае самого неожиданного поворота.
Год спустя после трагедии в Маалоте, израильтяне смогли доказать всему миру, что они умеют бороться с террором. Этим доказательством стала операция «Энтеббе». Преодолев тысячи километров «Саерет Матакль» приземлились в Уганде, где удерживались израильские пассажиры захваченного самолета, освободили заложников и уничтожили террористов. Операция «Энтеббе» стала основой для мифа всесильности израильского спецназа. Однако, когда речь идет об освобождение заложников, трудно провести линию между успехом и провалом.
Вот лишь частичный список итогов штурмов после событий в Маалоте. В марте 75 года 8 боевиков ФАТХ захватили гостинцу «Савой» в центре Тель-Авива. В результате штурма погибли трое заложников и двое военных. В марте 78 года, при штурме автобуса полицейским спецназом, террористов удалось уничтожить, но автобус загорелся. 35 заложников погибли. В 80 году, террористы захватили дом сирот в Мисгав Аме на северной границе. В заложниках оказались семь детей. В результате штурма погибли один ребенок и один солдат. В апреле 84 года была проведена одна из самых удачных операций. В штурме рейсового автобуса номер 300 погибла одна заложница. В 88 году, в штурме автобуса с заложниками в районе Димоны погибла одна заложница, после того, как две были убиты террористами до этого. И, наконец, в 96 году, боевики Хамаса похитили солдата бригады «Голани» Нахшона Ваксмана. В результате штурма, заложник и один офицер спецназа погибли.
Это был последний случай захвата заложников. За время нынешней Интифады захвата заложников, за исключением одного случая имевшего также криминальный оттенок, не было. Ментальность террористов изменилась. Проникая в израильские поселения, они стремятся не добиться выполнения каких либо требований, а убить как можно больше евреев. Каждый раз убийства продолжались до тех пор, пока силы безопасности не останавливали террориста. Однако, система разработанная на случай захвата заложников применялась за последние годы неоднократно, всякий раз, когда террористы оказывались внутри населенного пункта, и не было ясно, удерживают ли они живых израильтян. Примером тому, стали события на севере сектора Газа в октябре 2001 года в Элей Синай, где убив юношу и девушку террористы исчезли внутри поселения. На месте были развернуты два кольца, однако как выяснилось позже, террористы скрывались в пустом доме, где они были уничтожены спецназом.
Несмотря на успехи и долгий путь, которые проделали израильские службы безопасности с событий в Маалоте, захват заложников по-прежнему считается в Израиле самым сложным из возможных форм терактов. Причиной тому, не только сложность оперативных действий, но, прежде всего, тяжелые моральные дилеммы, встающие перед военными, и цена принятия того или иного решения. Поэтому, в израильской армии очень осторожно относятся к просьбам оценить действия своих коллег в любой другой точке мира. В Израиле знают, что в случае захвата заложников простых решений не бывает.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments