Григорий Асмолов (pustovek) wrote,
Григорий Асмолов
pustovek

Categories:

Беслан - израильские параллели (длинно)


Последние сутки прилипнув к инету и ТВ (благо экран один) слежу за тем, что происходит в Беслане. Как очень точно, написала кажется газета.ру, "Норд-ост" научил нас не радоваться, или скорее не отдаваться счастливой эйфории, при виде картин выходящих на свободу, потому, что на каждого вышедшего, приходятся те, кто навсегда остались внутри. У ситуации в Беслане несколько центральных аспектов: поведение властей, работа силовых структур, работа СМИ, принципиальная возможность хорошего конца в подобного рода сценариях, и наконец просто боль - ужас, того что произошло.
Что касается властей, то страшнее всего то, что главным средством разрешения подобного рода ситуаций, они выбирают манипуляцию информацией, причем манипуляцию, которая базируется не только на скрытие, а на передаче откровенной лжи - во том, что касается количества заложников, требований террористов и количества жертв. Путину удалось избежать ответственности принятия какого либо решения, и он безусловно выходит из этой ситуации в выгодном положение так как во первых, если не было требований террористов, то на нем не лежит ответственность за их неудовлетворение, и во вторых - не было решения о штурме. Но проблема недостоверности и прежде всего лживости информации, это самая большая угроза для стабильности нынешней власти. Именно недоверие, которое формулируется постепенно - сначала Норд-Ост, и так далее, становится мотивом протеста, и вынуждает власть на более жесткие меры, не против террористов, а против ее оппонентов. В Израиле власть может недоговаривать, или порой говорить журналистам, зная, что благодаря законам, эта информация все равно не может быть опубликована и будет ждать момента разрешения публикации в блокнотах журналистов, но ложь - это средство нелегитимное, и идти на ложь - слишком большой риск для израильского политика, потому что если она будет открыта, вероятность того, что это нанесет очень серьезный удар по его карьере предельна велика. Уроком для многих стала история 300-сотого автобуса, когда спецслужбы были уверены, что информацию удастся скрыть, однако все в конце концов взорвалось. Хотя и тут все конечно не так просто.
Что касается военного аспекта то тут тоже сказано уже много и верно. Израиль, к счастью, уже долги годы не имел дело с подобного рода ситуациями. После 300 автобуса, массового захвата заложников, если я не ошибаюсь не было. Были случаи захвата одного заложника (например, Нахшон Ваксман). За время последней Интифады, таких случаев не было потому, что палестинские террористы, идут на так называемые "теракты самопожертвования" и входя в жилой дом в каком то поселение, как это было не раз. убивают всех, кого могут. И хотя армия рассматривает каждую подобную ситуацию, как потенциальный сценарий захвата заложников, на деле этого не случилось не разу. Я за время службы несколько раз сталкивался с похожими ситуациями и участвовал в учениях по освобождению школы захваченной заложниками, был около церкви Рождества, когда внутри находились террористы (правда в том случае, заложников, в классическом понятие этого термина не было), а также несколько раз видел как армия развертывала полную подготовку к ситуации захвата заложников, в случае, когда на деле оказывалось, что есть только убитые.
Главное в подобно рода ситуациях - это четкость организации кругов вокруг места захвата: создание стерильной территории, которая позволит действовать максимально эффективно в случае любого поворота событий, создание группы целевых оперативных центров в непосредственной близости от места происшествия, в том числе и медицинского, а также разработка всех "микрим ве тгувот", то есть анализ всех возможных ситуаций, и потенциальных реакций, и инструктаж солдат в соответствие с этим, как они должны вести себя в случае "а" или "б". Кроме того, отдельная часть в армии занимается родственниками и близкими пострадавших. Для них должны создаваться специальные центры. Тоже самое касается и журналистов.
В Беслане была явная проблема со стерильностью пространства, и готовностью к неожиданному повороту событий, как в оперативном плане, так и медицинском. Хотя, честно говоря, мне сложно представить себе, действия израильской армии в случае, когда в заложниках оказались более тысячи человек.
Что касается работы журналистов, то понятно, что в такой ситуации они не могут передавать полную картину, которая включает детали, которые могут подвергнуть опасности жизни заложников. Вместе с тем, не менее важная задача журналистов в такой ситуации - это не позволить власти врать. Именно в подобных критических ситуациях, мне кажется, что во многом отживший себя механизм военной цензуры в Израиле достаточно эффективен. Журналисты получают информацию, понимают что происходит, но вместе с тем знают, что им можно, а что нельзя говорить. С другой стороны, ситуация постоянного прямого эфира электронных СМИ, осложняет контроль, но именно поэтому. редактора электронных СМИ, как например Шалом Киталь, начальник службы новостей второго канала, это по сути люди публичные, на плечах которых лежит ответственность, того что показывают их СМИ, и эта ответственность служит дополнительным механизмом, помимо цензуры, или работы армейской и прочих официальных пресс служб.
Еще один аспект - сама возможность "хорошего конца" в подобного рода ситуациях. Дело в том, что подобного рода акции не совершаются с целью торговаться со властью, а прежде всего с целью привлечь внимание и дискредитировать власть, расшатать общество. То есть захват - это не торговля, а просто другая форма убийства. Террористы понимают, что удачное разрешение подобной ситуации с освобождением заложников, лишь усиливает власть, а значит их удача может основываться только на жертвах, и чем более многочисленных, тем лучше. Иными словами, освобождение заложников, вне зависимости от якобы выполненных условий - это провал террористов, в то время как максимальное количество жертв, после максимально долгой драмы - их победа. В такой ситуации очень сложно говорить о каком либо возможном положительном разрешение подобной ситуации, вне зависимости от того, с какой властью и с какими силовыми структурами мы имеем дело, а значит успех операции может исчисляться лишь отношением между количеством жертв и количеством оставшихся в живых, как не страшно это говорить. Именно поэтому. в Израиле, главные силы направлены на предотвращение подобных терактов, с помощью максимально полной разведки. Согласно официальным данным. с начала года, армии и Шабаку удалось предотвратить 90 терактов смертников, что в целом сложнее, чем предотвращение крупной операции захвата, более сложной с организационной точки зрения. Хотя с другой стороны, Россия это конечно совсем другие масштабы пространства, что делает ее намного более уязвимой.
И наконец последнее, помимо всего предыдущего, и наверное самое важное. Процитирую снова Газету.ру: "Президент Путин выскользнул из вдумчиво расставленной мышеловки. Но ужас настиг нас. Дети не выскользнули." Страшно...
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments